Сказка. И-конь-ка
Жил-был на свете добрый коняшка по имени Салават. Не удивляйтесь, дело в том, что в той местности, где обитала сия животинка, все подряд называют «Салават». Говорят, даже церковь такая будет. И новый президент.
Так вот, жил коняшка возле гор, ел вкусное пахучее сено, покрывал в охотку низкорослых мохнатых лошадок с горячими упругими крупами да возил пришлых людей к подножью горы, которую они покоряли по десятку раз. Радовался жгучему солнцу, слепням да твердым каблукам, находящим самые болезненные точки на его теле.
Да только люди стали все меньше любить лошадок и все больше ходить пешком к этой горе. Сами тащили свои палатки, бухло и пипетки. И хозяин Салавата решил тихонько перейти к более рентабельным видам бизнеса на селе. Стал меньше косить сена, а через некоторое время научил коняшку самого доставать зимой из-под снега мерзлую вчерашнюю траву.
Салават протерпел, скрипя коренными, три года, а на четвертый взял и ушел в туман, что обволакивает все вершины на свете. В тумане том нашел успокоение томления духа и покой телесный. Нет мошки, нет людей, нет солнца. Есть дикий ежик, иногда орущий писклявым голосом, тупая сова и флегматичный медведь.
Салават так и не научился говорить, зато впитал навык мудро качать гривой в ответ на вопросительные интонации, улыбаться и есть горные травы, от которых через некоторое время улыбка становится несколько шире.
Раз в три месяца они собирались все вместе, разжигали костер, ставили котелок и заваривали чай, который постоянно с собой носил ежик в узелке на палке. Сам ежик никогда не пил, а только доставал блокнот, карандаш и маленький фотоаппарат «Чайка», делавший 72 кадра на любой стандартной пленке «Тасма» или «Свема».
Состарился наш коник, поседел в копытах и в носу, стал немного хромать и вместо цельных яблок выдавать нагора пюре. Посиделки забросил и все больше полюбил просто бродить в одиночестве по туману. Во время одной из прогулок наткнулся на ветхую избушку с синим ярким окошком. Постучал. Никто не ответил. Тогда Салават ткнул копытом, дверь распахнулась, и увидел все такого же молодого ежика. Ежик посмотрел на него, вздохнул и достал узелок.
На этом мы сказочку закончим. Потому что все всё равно потом сдохли. Кроме ежика, конечно. Ведь он никогда не пил.
А, забыл рассказать, почему Салават был добрый коняшка. Он за свою жизнь никого не убил.
Так вот, жил коняшка возле гор, ел вкусное пахучее сено, покрывал в охотку низкорослых мохнатых лошадок с горячими упругими крупами да возил пришлых людей к подножью горы, которую они покоряли по десятку раз. Радовался жгучему солнцу, слепням да твердым каблукам, находящим самые болезненные точки на его теле.
Да только люди стали все меньше любить лошадок и все больше ходить пешком к этой горе. Сами тащили свои палатки, бухло и пипетки. И хозяин Салавата решил тихонько перейти к более рентабельным видам бизнеса на селе. Стал меньше косить сена, а через некоторое время научил коняшку самого доставать зимой из-под снега мерзлую вчерашнюю траву.
Салават протерпел, скрипя коренными, три года, а на четвертый взял и ушел в туман, что обволакивает все вершины на свете. В тумане том нашел успокоение томления духа и покой телесный. Нет мошки, нет людей, нет солнца. Есть дикий ежик, иногда орущий писклявым голосом, тупая сова и флегматичный медведь.
Салават так и не научился говорить, зато впитал навык мудро качать гривой в ответ на вопросительные интонации, улыбаться и есть горные травы, от которых через некоторое время улыбка становится несколько шире.
Раз в три месяца они собирались все вместе, разжигали костер, ставили котелок и заваривали чай, который постоянно с собой носил ежик в узелке на палке. Сам ежик никогда не пил, а только доставал блокнот, карандаш и маленький фотоаппарат «Чайка», делавший 72 кадра на любой стандартной пленке «Тасма» или «Свема».
Состарился наш коник, поседел в копытах и в носу, стал немного хромать и вместо цельных яблок выдавать нагора пюре. Посиделки забросил и все больше полюбил просто бродить в одиночестве по туману. Во время одной из прогулок наткнулся на ветхую избушку с синим ярким окошком. Постучал. Никто не ответил. Тогда Салават ткнул копытом, дверь распахнулась, и увидел все такого же молодого ежика. Ежик посмотрел на него, вздохнул и достал узелок.
На этом мы сказочку закончим. Потому что все всё равно потом сдохли. Кроме ежика, конечно. Ведь он никогда не пил.
А, забыл рассказать, почему Салават был добрый коняшка. Он за свою жизнь никого не убил.