Артур Дмитриев (arther_d) wrote,
Артур Дмитриев
arther_d

Das ist fantastisch

Ja-ja, я как раз об этом. Книга резюмирует настоящую фантастику за 2013 год, и что особенно привлекло, так это имя в перечне авторов недавно почившего Бориса Стругацкого.


default1

Восемьдесят жэ вам в же – так к благодарным читателям обращается первая парочка авторов. Рассказ у них, кстати – фигня фигней. Напичкали кучей терминов научных и действий псевдонаучных. Полное же. Может я и ошибаюсь. Истина же (в данном случае – это частица речи) перпендикулярна – опять они заявляют, отринув фундаментальное «где-то рядом». Главное – найти всему необъяснимому логичное объяснение. Люди всегда идут по этому пути. Не истину ищут, а правду. Так ведь?

Перейду на личности. Елена, мать её, Первушина. Типичное видение мира обиженной, недотраханной женщиной. Хм.. сильно недотраханной. Прошла война, которая выявила, что женщины все могут сами. От мужиков в жизни пришлось отказаться, удостоив их чести остаться просто самцами-проститутками. Как оказалось, единственное настоящее предназначение мужчин – дарить новую жизнь. Наука – бред, война – тем более. Любая работа или занятие кроме постельного кувыркания есть немужское занятие. Женщины справляются со всеми делами гораздо лучше. Мужикам надо только трахать, трахать и трахать. Чего же ей такого сделали? Концовка произведения напоминает хлюнь. Вы не знаете, что такое хлюнь? Я тоже. И Елена. Она даже не знает, как кончить, видать. Вот и не закончила, размыла словеса по трем абзацам.


Хорошая есть вещь про перевоспитание человека природой и перевоспитание детища Мефистофеля ей же (опять это «же». Полная же с этой «же» же…) И сколько много про Крым – ужас! Книга подписана в печать седьмого мая прошлого года. Знали господа-фантасты. Ванговали, не иначе. И про ЖЖ. Одна хорошая – про Живой Журнал Последнего Живого. Хорошо написана, только плохо все кончается. И плохая, про сисадмина – плохо все написано, только хорошо кончается. Автор ник главному герою дал ne-pelevin. А то можно перепутать с Виктором Олеговичем, такая ересь, простите Господиs.


Любовь, опять же, суют куда ни попадя. Как будто люди будущего не смогут без этого атавизма. Если известна конечная точка пути – то тернистый путь ещё трудней. Но зато знаешь, куда прешь. Избавится человечество от любви межполовой – и благодать. Будет трудно, но мы стерпим. Оцифруем душу, поместим любовь в резервную копию. А вот процесс любви физической надо оставить, конечно. Без него, процесса-то, прогрессу – хана. Доказать не могу, но есть ощущение, что я прав.

Многие авторы вставляют аллюзии на известных писателей фантастов. Причем так остренько и интересно. На Стругацких нашел две, одну на Азимова и парочку - на Сапковского. Сразу как-то начинаешь вчитываться, искать смысл глубокый. И рассказ кажется более хорошим. Играют на культурных кодах таки.


default

Мелкие герои и сторонние персонажи мрут не так часто, как у зарубежных мастеров, но иногда кончина возьмет и кого-нибудь да постигнет. Наиболее частая причина расставания с миром - чувство ложной безопасности. Как и в реальной жизни. Переходишь перекресток на зеленый, ощущаешь себя молодым и здоровым, встречаешься с тремя девушками-неревнивицами, гей-пацифист-адвентист, полубог – а все равно через секунду труп. Сторонние факторы. Нельзя про них забывать. Бди! Люди могут все тоже, что и всякие нелюди. Эльфы, там, ведьмочки. Но ещё им присуща НАУКА и ДУХ АВАНТЮРИЗМА. Это их губит. Бди два раза!


Запоминайте имя Андрея Дашкова! Это прям модернист! Джойс прям от фантастики! Сначала трудно читать, потом ещё труднее. Интересно!

Книга разделена на несколько частей. Одна полностью посвящена постапокалиптике. Рукотворной. Не крылотворной, лапотворной, плавникотворной. Ручкам нашим шелудивым посвящена. Все сами. В заботах, трудах, в поте лица своего матушку-Землю гнобим. Жевачки из окна автомобиля кидаем, пакеты в магазинах покупаем. Пукаем много. Не шутки это. Слезы мои. Не от рези в глазах. От жалости.


Поступки наши и действия, открытия и преобразования ведут не только к улучшению уровня жизни и большим и маленьким шажкам вперед. Они ещё отражаются на планете. Боян, да? Однако ещё Павлов-собакопонималов говорил – «Действуя на микробы, следует помнить об их собственных интересах». Они, мол, могут тоже отомстить. Пенициллин сожрать весь на планете или ещё что. А мы то все глобально формируем. Микробы для нас – тьфу. Берегите, в общем, природу, мать…


Иначе проклюнуться у нас злые кикиморы да сантехи, которыми детишек в будущем будут пугать. Это одна Марина тут так написала. Ясинская – фамилия её. Отличное фэнтези, смешное и умное. Если сопли романтические подтереть – то вот вам на – российский Терри Пратчетт.


Самое сладенькое оказалось в конце. Не как всегда, стоит заметить. У многих сборников вообще не бывает самого сладенького. Рассуждалки от авторов. Разные.


Один приписал Пелевина и Прилепина к писателям-фантастам. А чего тогда уж Гоголя с Пушкиным обделил? У одного черти, у другого кот ученый, да и вообще человеки стихами разговаривают. Чем не фантастика-мана? Этот же прозорливец цитирует не без удовольствия мыслишки некоего человека, который прогнозирует конец света (опять!) в виде вырождения человечества. А знаете, из-за чего. Из-за женщин! Де все меньше и меньше становится хороших женщин. Их и так мало, говорит, чаще тупые ведьмы или просто тупые. Так и загнемся. Помните, я писал выше про Первушину Елену. Это брат её видать. По вере.


Тетенька по имени Татьяна предлагает перестать заботиться об инвалидах. Совсем. Продлевая им жизнь мы нивелируем естественный отбор, который и сделал из нас ЧЕЛОВЕКА, говорит она. Стукнуть её хочется чем-нибудь, скотину такую. Фамилия-то у самой Беспалова. Плюс намекает на возвращение к общинному строю как к единственному возможному способу выживания. И вдруг вступает некто Сергей Чеваненко, считающий, что эволюция возможна только в случае неправильного перевода на украинский выражения «Туды его в качель!». Думаю – неправы оба.


Другая тетенька, Дарья Родионова, искренне считает, что средний класс у нас – люди с доходом в 30 000 рублей в месяц. В Москве. При этом зовет всех к экспроприации экспроприированного у таких невозможных богатеев. Далеки писатели от жизни!

Тетенька третья, Плоская Маргарита, решила не мудрить, и пошла по проторенной Борхесом тропинке. Наваяла несколько рецензий на вымышленные книги. Веселых и невероятных. Не такая уж и плоская, пусть не переживает.


Отличная вещь под названием «Писатель как измерительный прибор». Как калякать буковы интересно с точки зрения квантовой механики. Котишку шредингерова всего разлохматил, приписав ему суперпозицию из четырёх состояний. Очень рекомендую писателям, все-таки вдруг послужит «триггером к выходу из состояния квантовой запутанности на редукцию фон Неймана и сопровождающую её декогеренцию», а?

Вывесив Бориса Стругацкого на обложку, чертовы компиляторы засунули в книгу не неопубликованный рассказ или повестушку какую, а древнее интервью. Козлы! Прочитал ещё раз. Ну так же нельзя, маркетологи херовы! Благодаря всепоглощающей доброте моей и вселенскому смирению – простил этих тварюг. Книжка-то любопытная.


«Ничего не изменится, пока мы не научимся как-то поступать с этой волосатой, мрачной, наглой, ленивой, хитрой обезьяной, которая сидит внутри каждого из нас. Пока не научимся воспитывать её. Или усмирять. Или хотя бы дрессировать. Или обманывать…»

Борис Натанович Стругацкий




Tags: Борис Стругацкий, книги, рассказы
Subscribe

  • Никаких дыр

    Далекое будущее. Настолько далекое, что измеряется от нашего настоящего десятками тысяч лет. Да, Иэн Бэнкс тот еще оптимист, хоть и пишет очень…

  • Спас на крови

    Ха, оказывается, именно «Повесть о двух городах» является самой перепечатываемой книгой Диккенса. Не восхитительные «Большие надежды», не сопливый…

  • Терпение

    Холодильник. Джон любил холодильник. Хотя бы потому, холодильник обладал единственной дверью, перед которой ему извиняться не надо. Он всегда молчал…

promo arther_d january 29, 2015 06:51 50
Buy for 30 tokens
Между раззявленных колен мелькала угловатая головка с беспорядочно понатыканными пучками жестких волос, двигающихся не только по траектории качания черепа, но и по черепу. Как маленькие бездомные гусеницы. Принцесса изредка приподнимала голову, натыкалась на эту линялую щетку, видневшиеся за ней…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 7 comments