August 14th, 2014

Стругацкие как латентные шовинисты

Русская фантастика за 2014 год, господа. Да… Начинается с рассказа Головачева, в котором главный герой испытывал «внутреннее злорадство, направленное против врагов государства». И сюда добрались, сволочи. В фантастику. В святое! А ведь хотел начать читать его собрание сочинений.

Прошлый сборник был построен на постапокалиптике. Земляне-то уже «давно способны уничтожить родную планету» плюс неспособны защитить её от чего-либо. Так что упраздняем одряхлевших богов и молимся ей, Царице Энтропии. Этот сборник эклектичен до невозможности. Трудно представить, что творилось в голове Компилятора (И. Минакова). Компилятор, собрав волю в кулак, взял несколько действительно хороших вещей (тут ему во вкусе не отказать) и разбавил их пожиже середнячком и парочкой бяк. Единой линии я не усмотрел, простите.

uVmkTN0P3QI


Но много про насильственную смерть (и казни) в различных обличиях. От кровожадных деревьев, пушечных ядер, психологического воздействия, родных детей. Убивают даже военизированные отряды писателей и литераторов. Да еще вездесущие христиане. Хотя последнее – не фантастично…

Удобоваримый триллер про графа с Ясной Поляны и его почтальона. Во сне графу иногда снился отвратный типчик «лет сорока с бородкой и лысинкой», кричавший с легкой картавинкой. И называвший писателя «зеркалом». А почтальон носил письма с угрозами расправы от мадам Карениной, не оценившей талант бородача. «Мужчина — существо наделенное разумом», а женщина — увы. Намекает автор. Я не совсем поддерживаю такую точку зрения ибо толерантен.

Collapse )

А вы чего посоветуете? Или для вас, снобов, фантастика типо не Джойс с Малларме? Тогда прокляну вас Кларком, Азимовым, Лемом, Брэдбери. Воннегутом и Фицджеральдом (эти тоже не брезговали). Пушкиным, растудыть его в коня! Гоголем! Гоголем, слышите!

P.S. «Вечная жизнь — это вечный страх смерти. Бессмертные боятся случайной гибели гораздо сильнее, чем остальные».

Александр Бачило.





promo arther_d january 29, 2015 06:51 50
Buy for 30 tokens
Между раззявленных колен мелькала угловатая головка с беспорядочно понатыканными пучками жестких волос, двигающихся не только по траектории качания черепа, но и по черепу. Как маленькие бездомные гусеницы. Принцесса изредка приподнимала голову, натыкалась на эту линялую щетку, видневшиеся за ней…