September 14th, 2015

И Перу под ребра получай!

Нет пророка в своем отечестве. Убеждаюсь в этом каждый раз, беря в руки книгу латино- и центральноамериканских писателей. Аргентина, Бразилия, Мексика, Венесуэла, Куба, Перу — такое, оказывается, говно, что даже не понятно, как там живут люди, умудряются рожать людей, заводить собак, убивать проституток. Красной строкой в каждой книге Большой Тройки: головная боль, чувство вины, гудящее похмельной тоской тело. Этот — туда же, присовокупляя изнуряющий четырехчасовой рабочий день интеллигенции, гнет американского доллара, почему-то оказавшегося в кармане льняного пиджака, невыносимость необходимости каждый пятнадцать лет свергать и менять правительство.



Четкая фиксация каждого события — полет мухи или члена негра в заднице сенатора — через предложения и абзацы, заставляет усомниться в умственном здоровье читателя. Читатель догадывается об этом самостоятельно, поглощая страницы как чупе с креветками, подряд по четыре-пять ложек, и только потом кусок маисовой лепешки перекура. Точка концентрации внимания не должна отвлекать от вторичного слоя восприятия, который матово висит в пыльном жарком воздухе и состоит всего из шести слов «Не всегда у несчастных вид несчастный». Почудился радости кусок, просвет, рассвет? Дерьмо. Это дерьмо светит разлагающимся белком, выделяющим красочный фосфор. Всех тянет в навоз, умных мальчиков и воспитанных девочек. Так и тянет, что не существует силы, способной их уберечь. Родился миф о пристрастии к шлюхам и плохишам. Чтобы оправдать свою гнильцу гнильцой кого-то еще.

Collapse )



promo arther_d january 29, 2015 06:51 50
Buy for 30 tokens
Между раззявленных колен мелькала угловатая головка с беспорядочно понатыканными пучками жестких волос, двигающихся не только по траектории качания черепа, но и по черепу. Как маленькие бездомные гусеницы. Принцесса изредка приподнимала голову, натыкалась на эту линялую щетку, видневшиеся за ней…