July 4th, 2016

Квантовый переход

Он соединял две стороны площади. И был неким связующим звеном между Западом и Востоком нашей огромной державы. Западные русские приезжали на Ленинградский и Ярославский вокзалы, спускались в его утробу и выныривали на Казанском, отправляясь с него в неизведанные миры Зауралья или даже в сам Пекин. В переходе они встречали смуглые, загорелые лица свердловской, челябинской, самарской и иркутской национальностей, которые спешили сменить их, занять нагретые ими места в купе и уехать в тот малый кусочек России, что лежит за Москвой.

Множество ларьков, встроенных в стены, зазывно пестрели Абибасами и настоящими Ролексами за три бакса, сигаретами поштучно и очаковским Джин-тоником. Единственным непонятным пятном был фирменный отдел Панинтер, неизвестно за какие грехи ввергнутый в подземелье. Иногда приезжали большие черные блестящие машины, оттуда выходили крупные и не очень дядьки и тётки, и терпеливо стояли у его окошка, покупая сразу по пять рубашек-поло или ставших модными тогда футболок с v-образным вырезом.



У выхода на площадь перед Казанским, в правом рукаве, а не в том, что вел к универмагу «Московский», всегда лежал коричневый кошелек, дуто показывая своим видом богатство внутреннего содержания. Очень трудно было пройти мимо него и не нагнуться или тихонько пнуть ногой стенке, чтобы потом неприметно присесть перевязать шнурки и закинуть его в карман широких брючин, каких в Москве уже лет пять никто не носит. Но как только кошелек оказывается в руках, откуда не возьмись появляются бравые молодцы-хозяева кошелька, вырывают его, пересчитывают, обнаруживают дикую недостачу, которую приходится покрывать из командировочных или денег, собранных, чтобы закупиться китайским ширпотребом в Лужниках.

На противоположном конце, у выхода в сторону Ярославского, приплясывала чуть грязненькая, чуть осоловевшая после опохмелки, чуть веселая и чуть грустная девица лет двадцати по кличке «Малая». Малая являлась аналогом витрин амстердамских красных фонарей, заманивая помятыми прелестями мужчин, измученных жесткими койкам РЖД. Сама работала редко, только по велению души, обычно подсовывая еще более лежалый товарец. Классическая мамка, очень рано добившаяся повышения и скачка по карьерной лестнице.

Collapse )




promo arther_d january 29, 2015 06:51 50
Buy for 30 tokens
Между раззявленных колен мелькала угловатая головка с беспорядочно понатыканными пучками жестких волос, двигающихся не только по траектории качания черепа, но и по черепу. Как маленькие бездомные гусеницы. Принцесса изредка приподнимала голову, натыкалась на эту линялую щетку, видневшиеся за ней…