November 10th, 2016

Сказка. Бык

Забор и забором-то нельзя назвать — сухие, растрескавшиеся по всей длине, серые палки разной длины. По земле их между собой связывала оранжевая нить давно упавшей и проржавевшей насквозь колючей проволоки. Палки образовывали квадраты и овалы или торчали в одиночестве, как дряхлые зубы неведомого зверя, прячущего свое истинное лицо под ковром желтой травы, уходящем далеко за горизонт с широкой красной полосой заката.



Солнце здесь странное. Утром еле-еле вылезает, топчется на месте, потом резкий прыжок в зенит и несколько часов напряженного испускания огненных лучей, и такой же резкий прыжок на запад, где оно опять обретало неторопливость толстого, масляного блина, превращающегося в кровавую линию.

Кроме забора, солнца и желтой травы стоял дом. Обычный дом для Среднего Запада, одноэтажный, с плоской крышей, верандой с плетеными креслами, москитными сетками. На веранде сидел седой человек в высоких сапогах змеиной кожи, в грязной клетчатой рубахе и ковбойской шляпе, потерявшей свой цвет. В руке у него была запотевшая бутылка пива, на столике портсигар и орешки, незаметно подвинувшие свежую газету.

Старик сидел и смотрел на быка. Это был уникальный в своем роде бык, огромный, с могучей спиной, ноздрями величиной с тарелку и копытами, пробивавшими доски толщиной в два дюйма. Он тоже был сед. Бык стоял боком, просто стоял как статуя. Ему было пятнадцать лет, последний представитель огромного когда-то стада, бороздившего местные просторы и уничтожавшего желтую траву в поразительных объемах.

Старик и бык знали друг друга с рождения. Рождения быка, конечно, старик-то прожил пять его жизней и тоже был недалеко от общего конца. Когда ушла река, сменила русло, стадо стало редеть, массу не набирать, мясо стало жёстким, покупатели терялись один за одним. Старик начал продавать товар не в рестораны, а в крупные сети на полуфабрикаты, а потом докатился до перекупщиков, которые отправляли всех на общую бойню для низкосортного сырья. А потом они перестали родиться, природа защищала своих детей от тяжкой судьбы, перенаправив живительный поток куда-то в другое место.

Бык упал на колено, покачался с минуту, пытаясь повернуть толстенную шею в сторону старика и грохнулся, подняв облачко пыли. Старик допил пиво, зашел в сарай за лопатой — его нужно похоронить с почестями, на нем кончилась порода, чьи лопатки приводили в восторг гурманов со всего штата.

Collapse )



promo arther_d january 29, 2015 06:51 50
Buy for 30 tokens
Между раззявленных колен мелькала угловатая головка с беспорядочно понатыканными пучками жестких волос, двигающихся не только по траектории качания черепа, но и по черепу. Как маленькие бездомные гусеницы. Принцесса изредка приподнимала голову, натыкалась на эту линялую щетку, видневшиеся за ней…