arther_d

Categories:

Рыцарь стола неопределенной формы

Артур Шопенгауэр был, да и есть, пожалуй, один из самых глубоких интерпретаторов накопленного человеческого познания в сфере философии, хотя сам понятие «философия» презирал. В руки мне попался прелюбопытный томик небольшого собрания его сочинений, я его выкрал из одной девичьей библиотеки. 

Предисловие к четвероякому закону достаточного основания 

Тут все ясно — Гегель и вообще все последователи этого немца — говно. Прям так и пишет. Вообще всю немецкую философию Шопенгауэр определяет как публичную женщину, отдающую сегодня предпочтения одной теории, а завтра – другой. Ученые же, пытающиеся нести ее в массы, неспособны мыслить, они оглушены и грубы, добыча пластикового материализма. Я тут с ним не очень согласен. Только если насчет Гегеля. Постранично много там кому достается, даже великому Канту, некоторые онтологические доказательства которого Артур называет милой шуткой. А Фихте – представителем Наукопустословия.

Сам закон важен и все мы в той или иной степени его придерживаемся. Это основной закон критического мышления, идущий рука об руку с законом причин и следствий. Звучит он следующим образом – «Ничто не существует без основания того, почему оно есть». Сложно? Да не так уж. Стоит немного поразмыслить над тем, почему, например, перед вами прямо сейчас тарелка борща. Не только потому, что вы хотите есть, но и потому, что борщ существует отдельно от вас. Он просто есть в этом мире. Некоторые вещи, ребятки, материализуются вне нашего опыта. Мы просто знаем о них. Например, о борще можно знать, никогда его не пробовав. Как и о материи звезд. То есть, логическое основание познания не следует смешивать с реальным. На этом зиждется весь процесс обучения детей в школах, кстати. В любых, даже в церковно-приходских. Закон достаточного основания есть выражение находящейся в глубине нашего сознания связи всех существующих объектов и представлений о них. 

Кстати, о детках. Мы рождаемся абсолютно пустыми, за исключением первичных инстинктов, не дающих нам мгновенно умереть от голода и холода, криками призывая на помощь. И чтобы стать человеком в полной мере, нам даровано природой сознание, познающее сознание. Им мы и орудуем, выживая дальше, стараясь не обжечься, не порезаться, не попасть под колеса. Барбитуратов в том числе. Только есть одно «но» - познавательная функция сознания каждого индивидуума ограничена пределами интеллекта. Поэтому среди множества нормальных людей появляются астрологи, отмечает Артур. Да, еще одно «но» - познание, полученное только эмпирически, может показать другие результаты, чем совокупный опыт человечества плюс выведенные законы. Гора может быть для кого-то очень высокой, тогда как на карте мира это всего лишь холм, так ведь? Следовательно, познание только через собственный опыт должно всегда подвергаться сомнению и никогда не бывает безусловным. Вы ведь так всегда и поступаете, надеюсь? Следует принять, что мир совершенно объективно реален и существует таким, каким он есть, вне зависимости от того, каким мы его видим. Прощай чертов солипсизм, говорит нам Артур. И да, любое познание должно вызывать в нас движение мысли. Если оно вызывает только движением мускулов, то мы — растения. Главное отличие нас от растений и низших животных – способность к абстракции. Мы можем представлять то, что никогда не видели, ребятки. Это же волшебно. Поэтому мы выработали язык как способ описания мышления. 

К середине труда Шопенгауэр реабилитирует Канта и даже начинает перед ним преклоняться, высоко превознося его «Критику чистого разума», потому что Кант в этом труде доказывая наличие Бога, полностью его уничтожает, исторгает из человеческой головы. Может быть в этом и есть главная заслуга великого калининградца. Кант, как и Аристотель, следовал одному простому правилу – вычленять из целого частное до самых возможных мелких деталей. Только так можно разобраться в законах бытия. Индукция — основа любой науки естествознания. Только с ее помощью можно понять, почему ты вчера опять написал бывшей, а потом все стер, пока она не прочитала. Потому что есть винишко, потому что есть мессенджеры, потому что в них можно писать, потому что в них можно стирать. Индукция! С богом же не все так просто. Артур приводит Ванини, мыслителя начала семнадцатого века: „Если Бог желает грехов, то стало быть Он их совершает, — ибо написано: „Он сделал все, что ни захотел“. Если Он их не желает, а они совершаются, значит его надо назвать непровидящим, или немогущественным, или жестоким: будучи господином своего желания, он или не знает об их совершении, или не может либо не хочет их предотвратить“… — „Философы говорят: если бы Бог не желал, чтобы на свете процветали прегрешения и безбожные деяния, то Он, без сомнения, одним мановением удалил бы и изгнал за пределы мира все мерзости, — ибо кто из нас может противиться божественной воле? Каким образом злодейства совершаются без желания Божия, если злодеи получают от него силы для каждого греховного акта? Если же человек падает против воли Бога, то Бог будет слабее человека, который ему противится и одерживает верх. Отсюда выводят: Бог желает этого мира таким, каков он есть; если бы он желал его лучшим, то лучшим бы и имел“. 

Не помню, сожгли ли этого Ванини. Погулил, спустя три года после высказывания его спекли все же живым, предварительно вырезав его богохульный язык. Церкви трудно было принять, что если дурной поступок возникает из природы человека, врожденных его качеств, таких, как злоба, то вина за него, очевидно, лежит на том, кто создал этого человека. Штош, христианство славится своей кровожадностью в отношении инакомыслящих – многочисленные религиозные войны, непростительные крестовые походы, порабощение Африки с крестом в руках, Варфоломеевская ночь, казнь 18 000 нидерландцев герцогом Альбой, десятки тысяч сожжённых женщин как ведьм. Это же тоже геноцид и тем людям нужен памятники на подобие жертвам Холокоста, считаю.

Кроме интеллекта есть еще заслон, ограничивающий познание. Это память. Человек, способный помнить многое, может делать более обширные и четки выводы, потому что у него больше исходного материала. Тогда те, у кого память словно у рыбки, могут только, как и рыбки, открывать рот. Артур указывает на собственном примере, что чтение романов сильно ее, память, ухудшает. по словам Шопенгауэра, если их не читать, то можно стать человеком высокого ума с памятью, которая имеет приятную особенность – забывать незначительных людей. Впрочем, это плохо коррелирует с тем, что он никак не может забыть Гегеля.

Напоследок Артур пишет, что вообще все, что выше – не так уж и важно. Главное – помнить о времени, линейной величине, ряде цифр, идущего в одном направлении и не имеющего обратного хода, пусть вы и можете на часах отодвинуть стрелки назад, для самого времени это ничего не меняет. Как и для совершенных уже поступков.

Два эссе об этике для Датской и Норвежкой академий наук

Тут все ясно — Датская Академия наук — говно. Она не приняла его труд и уж тем более не отметила его наградой. Как и почему Датская академия говно, а норвежская золотце вы сможете прочитать самостоятельно, пусть это будет вашим домашним заданием. Артур убедителен, отмечу, очень убедителен.

Основное для меня в этих эссе – разложение на составные части понятия «свобода». Мы мыслим ее как отсутствие преград и помех. Вот только чтобы избавиться от них, нужно проявить силу и волю, что, возможно давит свободу в других плоскостях. 

Свобода физическая — отсутствие всякого рода материальных препятствий. Артур видит это как свободное небо, свободный воздух, свободное место, свободный бег реки, свободная квартира, свободная пресса и даже свободное электричество. Человек управляется теми законами, что он сам себе дал, соблюдает только собственную волю. Если человека помножить на множество, то есть получить народ, то и свобода политическая так же относится к физической свободе.

Свобода интеллектуальная — вопрос излишний. Человек должен мыслить так, как ему угодно. Не действовать, а мыслить. Следовательно, запрещать изливать эти мысли на бумаге, любые мысли есть ограничение свободы. 

Свобода моральная. Ей Шопенгауэр дает намного больше пространства на страницах своих эссе, потому что именно этот вид свободы напрямую связан с нашим сознанием. Познавательная способность опирается на моральную свободу в той мере, что мы сами даем себе право лезть или не лезть во внешний мир вообще и мир других людей в частности. Моральная свобода кует не только мышление категорий, но и самосознание. С помощью моральной свободы мы можем определять собственные человеческие качества, можем почти объективно оценить собственные поступки. И чувство стыда, как раз, его степень определяется свободой моральной. И мысли, что человек носит с собой везде и всюду, при помощи моральной свободы делают его независимым от действительности.

Если скомпоновать все три ипостаси свободы, то можно процитировать Артура: «Теперь шесть часов вечера, дневной труд окончен. Я могу теперь прогуляться или пойти в клуб; могу также подняться на башню посмотреть закат солнца; могу также отправиться в театр; могу выбраться за городские ворота посмотреть большой мир и никогда не возвращаться. Все это зависит от меня; у меня для этого полная свобода. Однако я не делаю ничего подобного, точно так же добровольно иду домой, к своей жене». И это и есть настоящая свобода. 

Свободу человека определяет его характер. Характер — всегда эмпирика. Мы не только через опыт поступков познаем его в других людях, но и в самом себе, иногда не подозревая, что сделаем, если проявляются незнакомые доселе обстоятельства. Для нас есть тайна собственное мужество или бескорыстие, пока ситуация не предложит сделать выбор. И характер наш даст нам рычаги действия сквозь призму моральной и физической свободы. 

Тут стоит отметить, что свободу мужеложства или, страшно сказать, онанизма, Шопенгауэр отрицал. Нужно ли делать из этого вывод, что многое из его умозаключений строилось на ложных предпосылках? Как сюда воткнуть то, что он достаточно правильно описал – разумное поведение есть то, что человек руководствуется мыслями и понятиями, а не наглядными примерами? Мне кажется, что можно, если взять его же постулат о том, что в самом умном человек могут возникать злые и нехорошие мысли, умный человек не равно хороший человек. Достаточно много умных преступников и убийц, так ведь? Отчего же умному человеку не ненавидеть в глубине души не похожих на него людей? Тех, кто дрочит, например.

Афоризмы и максимы

По моему разумению их читать вовсе не следует, как и афоризмы и максимы Ницше. Абсолютно натянутые и давно потерявшие актуальность изречения ввиду более глубокого исследования человеческой природы, причем человек и сам значительно изменился с того времени. Плюс там достаточно количество банальностей вроде того, что высшие наслаждения – духовные или что образование и ум для счастья приносят гораздо больше, чем погоня за богатством. Еще у него есть очень странные пассажи про женщин, но об этом я напишу отдельный пост, да.

Правда, есть и четкие вещи (будет небольшое перечисление. Начинающееся с «или»). Жизнь по Шопенгауэру есть колебание между скукой и горем. Когда нам скучно, мы начинаем шевелиться, совершаем ошибки, приносим горе, успокаиваемся и впадаем в скуку. И так – бесконечно. Артур придерживается буддизма – нужно по возможности стремиться от страдания. Трудно спорить. Однако развивая эту мысль, автор приходит к тому, что наиглавнейшим способом уйти от страдания есть уйти в одиночество. Другого не дано. Причем этим одиночеством нужно научиться наслаждаться и тогда оно станет источником счастья и спокойствия духа. Хм. Любопытно. Одиночество есть удел интеллекта, добавляет он. Ваще не факт, как мне кажется\.

Или то, что мы слишком ценим постороннее мнение, откидывая объективность и наше собственное мироощущение. Ценим в ущерб себе, потому что наше болезненное тщеславие зиждется на чужом одобрении. 

Или то, что уважать человека, потому что он стар – полнейший берд. Годы сами по себе не добавляют человеку доблести, ведь он мог столько прожить только потому, что шел по головам других. 

Или то, что запас снисходительности должен быть у каждого и надобно прощать дурачков, потому что они в своей дурости не виноваты, они рождены такими. Я высказал эту мысль гораздо раньше, чем прочел у него. Хотя, чего удивительного, я же тоже Артур. И даже больше – нужно быть снисходительными к недостаткам, глупостям и порокам, ибо они порождения человека, человечества, то есть всех нас вместе взятых. Однако тут тоже нужно быть настороже, ибо «У неразумных встречается в сто раз больше антипатии к разумным, чем наоборот»

Или что любовь, настоящая любовь есть источник мимолетных радостей и долгих страданий. Сто процентов, сто процентов, ребятки.

Напоследок скажу, что эта книга – единственная из валяющихся на моей кровати, на столе, подоконнике, которую ни разу не захотел погрызть мой котег.

Пы.Сы. – Мир – это ад, в котором люди с одной стороны есть мучимые души, но с другой – сами дьяволы.

promo arther_d january 29, 2015 06:51 50
Buy for 30 tokens
Между раззявленных колен мелькала угловатая головка с беспорядочно понатыканными пучками жестких волос, двигающихся не только по траектории качания черепа, но и по черепу. Как маленькие бездомные гусеницы. Принцесса изредка приподнимала голову, натыкалась на эту линялую щетку, видневшиеся за ней…

Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic

Your IP address will be recorded