Category: литература

Category was added automatically. Read all entries about "литература".

Про верность

Итак, школьникам нельзя надевать подтяжки на голый торс и заклеивать соски. Я подозревал об этом в своей юности и ничего подобного не делал, только много позже. Оказывается, это криминал и последствия выпускного во Владивостоке выехала разбирать полиция, уже давно поборовшая преступность в остальных ее формах.

Вопрос о том, почему подобный костюм не идет ученику и портит его моральный облик, а вот костюм солдата, в котором убивают или умирают — можно — уже очень верно подняли. Так же как и вопрос, почему родителей не оскорбляют костюмчики НКВД на детишках девятого мая.

Но меня беспокоит следующее — как так получилось, что за двадцать лет строительства демократического христианского государства, где, как оказалось недавно, строят три церкви в день, где есть раскладные храмы с парашютами у десантуры, где священники денно и нощно блюдут концерты, книги, а борцы — спектакли, моральный облик упал так низко, что юнцы позволили себе подтяжки? Неужели всего этого недостаточно для укрепления морального облика выпускника? Надо попробовать "Слово пастыря" транслировать ни на одном канале, а на всех. И по радио. И рекламой в Инсте, чтобы достучаться до опутанных сатаной сердец.

И как подобное мероприятие допустили родители, учителя и завучи, которые хоть и блевали в кустах на своем выпускном, а потом блевали на всевозможных днях рождениях и свадьбах, но потом осознали и больше не блюют, если только намешают или печенькой отравятся?

Collapse )
promo arther_d january 29, 2015 06:51 50
Buy for 30 tokens
Между раззявленных колен мелькала угловатая головка с беспорядочно понатыканными пучками жестких волос, двигающихся не только по траектории качания черепа, но и по черепу. Как маленькие бездомные гусеницы. Принцесса изредка приподнимала голову, натыкалась на эту линялую щетку, видневшиеся за ней…

Про орал

Кстати, о подарочках на Новый год. В этот раз достался самый лучший за все мои сорок лет - моя девушка подарила мне орал. Это было божественно, скажу я вам - две книги одних из самых-самых любимых моих русскоязычных писателей, которые каким-то образом прошли мимо меня. Я от счастья просто орал!

Сказка. Огонь любви

Если посмотреть на избушку с пригорка, откуда лес заслоняет всю остальную доверну, то можно увидеть в желтом свете занавесок большую комнату с печью и три женские фигуры. Наверняка, они пьют вечерний чай и мило беседуют о том, как прошел день и что слышно в округе, перемалывая без злости косточки знакомых.


— Любовь — это когда кровь в твоём теле горячей лавы, — вдруг после тяжелого молчания сказала самая молоденькая, сидевшая в одних трусиках на кровати, — когда она прожигает твое тело и выплескиваются наружу, то очень больно. Поэтому огонь этот нужно тушить в объятиях, поцелуях, ласках, нежностях, покусываниях и стонах. Если не делать этого, любовь вскипит в голове, и ты умрешь, умрешь не физически, а превратишься в хладную куклу, бесчувственную и твердую как лава, только уже застывшая. Примешь угловатую, с неровными краями, форму человека, которому уже ничего в этой жизни не надо, будешь катиться под горку как бочка, не понимая, что там в конце и не понимая или, вернее, понимая, что свернуть уже не удастся, хоть там стена каменная. 

Collapse )

Сказка. Пара глотков свежего воздуха еще никому не повредила

Тонкая жесть охлаждала синяки на спине не замечая тонкой хлопковой рубашки, которые уже тогда начали шить преимущественно в советском Китае, но настоящие американцы не гнушались, если можно сберечь доллар, то кто осудит? 

Вообще ползти было не очень удобно, плечи то и дело втыкались в углы или цеплялись за плохо обработанные клепки, да и кто их обрабатывал внутри воздуховода, никто же не знал, что сюда заберется здоровый мужик и будет улепетывать от агрессивно настроенных других мужиков, уже разгромивших половину аэропорта. 


«Система вентиляции построена таким образом, чтобы запутать не только обслуживающий персонал, но и сам текущий по нему воздух, — подумал он, — я бы здесь провел оптимизацию, понятно же, что ни о каком зонировании пассажирского зала и помещений для персонала тут речи нет, а должна быть, воздухораспределение— один важнейших факторов не только безопасности, но и соблюдений положений о комфортных условиях труда. Все упирается в дороговизну внешних систем. Однако  аналитических методик определения наружных расчетных параметров в системах микроклимата зданий сейчас предостаточно, можно подобрать правильное и оптимальное решение в рамках бюджета и будущего энергосбережения. Нужно будет обдумать следующее:

· разный принцип нормирования в теплое и холодное время года;

· неучет взаимосвязи совместного суточного хода температуры и энтальпии наружного

· воздуха в летних расчетных условиях;

· неучет разной доли расхода наружного воздуха в приточном, как наиболее

Collapse )

Как появился лагман

Переплыв Амур (ну конечно, сам плыл, ага) Чингисхан уперся в территорию, которую опасливо назвали Россией, что на монгольском обозначает жутко похмелье в обнимку с матрешкой и медведем. 

Что бы завоевать любой город, приходилось брать цитадель, которую русские зовут библиотекой, оказывается, это самая читающая нация в мире, поэтому библиотек у них по натыкано гораздо больше, чем больниц. Они везде читают, пока едут куда-нибудь, в парках на скамеечках, в огороде, в деревянной будке с окошком в виде сердечка, в тех же больницах в очереди, если найдут больницу. Лишь бы не работать, а только читать.


Возьмешь библиотеку и город сразу сдается, как будто теряет корни, люди сразу грустнеют, опускают мечи и колотушки, оторвали их от гранита знаний, от вымени. Но бьются за нее до последнего и внутри, среди полок, до последнего библиотекаря.

С трудом, но все же продвигался Чингисхан на запад, пока не наткнулся на небольшой городишко Биробиджан, столицу маленькой, но гордой республики, царства свободы и счастливых жителей, чьи лица омрачали только две вещи – крайняя свинья и грязная плоть, или что-то похожее, разведчики сами в недоумении. Подивился этому факту Чингисхан, хотел даже отступить от греха подальше, вдруг не кошерно с ними воевать, или обойти, но нечаянно его воины, кравшиеся мимо стен, брякнули что-то на татарском – и понеслась – «Идите сюда, мы вас в шесть дней отхерачим!». Пришлось брать городишко-то.

Collapse )

Сказка. Масленица

— Никто не помнит, когда обычное чучело из соломы, бесформенное и лишь издали напоминающее человека, трансформировалось в женщину со всеми вторичными половыми признаками, помадой, подведенными глазами, косой русой. Жгли же всегда Зиму как не отождествленное существо, которое холодом забирает рыбу из рек, не дает расти корму скотине, тепло отбирает у человеков. Если не сжечь, то весна не придет, вечный холод — погибель. 

И вот — раз, подносишь факел уже к женскому, плохо сшитому платью, в соломенном чучеле угадываются груди, а на лице полная боевая раскраска. Но это не мешает спалить его дотла, и ни капли не сказывается на праздничном настроении. 




Наверное, нам не хватило Молота Ведьм, прокатившегося по Европам, когда полыхали самые красивые девушки или кто попадется. Делалось это абсолютно легально, мужикам развязали руки, позволив высвободить на свет звериную жестокость и слабую самооценку, которую можно было прокачать только так, инструментов тогда было маловато. 

Collapse )

Сказка. Хот Дог

«Хочешь, покажу запрещенное кино?» — сходу сказал Шарик Жучке, как только они остались одни. Неизвестно откуда взялась смелость, ведь он почти два месяца со дня знакомства не решался к ней подойти. Она посмотрела на него своими карими глазами, от чего у Шарика сразу подогнулись задние ноги, и ответила «Да». Без какой-либо интонации, просто «Да», которое можно интерпретировать как угодно, даже как «Нет».


Пробежав молча два переулка, они нырнули под сетку-рабицу и оказались на территории давно заброшенного молокозавода, молоко сейчас никто не пьет, только крафтовое пиво. Шарик, как знающий дорогу, трусил на полкорпуса впереди, постоянно косясь на Жучку, которая смотрела только вперед задумчиво и как-то отстранёно. За административным зданием, после сгнивших цистерн стояла сторожка, маленький кирпичный куб. Шарик махнул головой в сторону нее – «Нам туда».

Внутри, если не считать многослойной пыли на полках и на столе, было относительно прибрано неумелыми собачьими лапами. Бумаги и пожелтевшие газеты собраны в углу, продавленный диванчик напоминает гнездо из-за вороха тряпок, но Шарик сейчас его видел, как любовное ложе, Жучка тоже не отводила от него глаз, что питало надежду чистыми, упругими струями любви. 

Но сперва — запрещенное кино. Шарик запрыгнул на стол, ткнул лапой в кнопку POWER старенькой видеодвойки AKAI. Экран засветился серой рябью, которую люди называли «войной микробов». Еще одно движение лапы, и кассета, приятно жужжа, заехала в отверстие. 

Collapse )

Сказка. Колесо обозрения

Человек или обстоятельство, придумавшие колесо, достойны не просто памятника, они достойны того, чтобы в их честь переименовали нашу планету, сам вид высших приматов, всех богов, маму, Путина. Колесо сократило своим движением площадь земной поверхности в тысячи раз, крылу пока еще до этого ой как далеко. Тем более у любого крыла в фундаменте—колесо.

Итак — колесо. Наш город, третий в списке самых длинных городов в Росси, но самый красивый из них, похож на червяка. Червяка Совершенного, Червяка Будущего, которого, однако, удар лопатой, перерубающий пару проспектов (а, у нас их всего два настоящих) множит не на две части, а сразу на целую полноценную червячью семью из семи отдельных районов. Куда добираться придется на перекладных. Всегда этого боюсь.



Но есть же колесо! Оно может в горку, может под горку, может по прямой, может через лесок, может, нарушив правила, может быстро как ветер, может нехотя, как перекати поле. Может, только не каждое. Оказывается, важны множество параметров как самого колеса, так и движущей его силы. Деревянное — тяжелое, боится воды и резких амплитуд нагрузки, например, прыжка и удара. Пластик не берем в расчет, мы за экологию в ущерб экономике. Металл — может почти все, если его как следует подкрепить воздухом и резиной. 

Collapse )

Сказка. Старшенький

Бить хворостиной было очень жалко, но гуси есть гуси, хоть с человеческим нутром внутри. Маша, когда не помогли рубашки из крапивы превратить их обратно в братьев, всех двенадцать погрузила в телегу, накрыла рогожей, чтобы не поулетали, и привезла домой. 

Два дня сколачивала для них загон, гуси должны жить не в избе же, у них есть пух, перья, жирок специальный, и в сарае как-нибудь потерпят, пока она не придумает, как вернуть им человеческий облик. Не хотели заходить в загончик, гоготали, крыльями махали, пытались заглянуть жалобно в глаза, Маша взяла хворостину и расплакалась.


Всю весну сыпала им зерна да заготовок из зелени, летом подрезала немного крылья, открыла калитку и начала гонять на выпас в луга, на пруд. Гуси стали веселы, вес набрали, играют по-всякому, плавают, домой бегут охотно, трутся о ноги, видно, что пообвыкли немного в этом статусе, уже не терзаются, как весной, всю ночь напролет стеная.

Пришла осень, листья устлали тропинки в лесу, деревья коричневыми, голыми ветками бесполезно пытаются поймать прозрачный холодный воздух. Пруд стал по утрам подмерзать, трава пожухла, настало время опять запереть калитку. Маша прошлась по погребам, сусекам, углам и кладовым — - ну месяц они протянут, ну два. А потом что делать, до весны нет никаких шансов выкормить это стадо. 

Collapse )

Сказка. Снегурочка

Встать пораньше, часиков этак в восемь, и начать молча и тихо шататься по комнатам, разглядывая спящих родителей, пытаясь отгадать по их безмятежным лицам, что они ждут от нового года. Она-то, понятно, ждала чешскую куклу, которая могла закрывать глаза и говорить «мама». В десять просыпался отец, начинал жарить яишенку, в холодильник залезать строго-настрого ему запрещалось, а то поест все салаты, приготовленные на вечер. Мама вставала в двенадцать, а то и в час, полночи готовила.

За час до курантов папе срочно звонили по телефону с работу, он собирался и убегал, а через пятнадцать минут в дверь звонил Дедушка Мороз, окутанный знакомым запахом, но с гнусавым голосом, в папиных штанах и ботинках, она всегда беспокоилась и спрашивала маму, не убил ли Дедушка Мороз по дороге папу и не отнял у него вещи. А вот Снегурочка никогда не приходила, ее показывали только в телепередачах, в мультфильмах и на картинках детских книжек. Очень загадочное существо, она даже сомневалась, есть ли Снегурочка на самом деле. 




В пять лет, в садике ее подозвала к себе воспитательница, погладила по непослушным каштановым кудряшкам и спросила, не хочет ли она стать Снегурочкой. Пришлось присесть на стульчик, коленки подогнулись. Так вот как, оказывается, бывает — Снегурочку выбирают среди девочек, которые умеют красиво петь, танцевать, хорошо запоминают стихи и диалоги. Согласилась сразу, не сказав маме и папе, пусть будет сюрприз, пусть потом гордятся и рассказывают всем, что у них дочка — Снегурочка. Про нее ведь снимут фильмы, мультики и нарисуют в книжках, в новых сказках, где будет именно про нее.

Она старательно учила стихи и реплики, танцевала, бегала за каким-то мужиков с воспитательницей по музыкальном залу. Воспитательница называла его Дедушка, а ей было смешно, какой-же это был Дедушка, это же какой-то мужик. Утренник выдался на славу, она выступила так великолепно, что ее позвали Снегурочкой и в старшие группы на праздник. 

И… Подтяжки, трико с вытянутыми коленками, рваные майки, перегар, один раз был даже синяк под глазом, грязные носки, грязные ногти, совершенно мятые жизни— она увидела Дед Морозов в том самом, первозданном виде, какими они рождаются. И видела, как кардинально их меняет костюм, как будто перестраиваются их клетки, переставая излучать смрад энтропии, переключаясь на трансляцию добра. 

Сейчас ей около сорока, у нее две дочки, и она хихикает при виде Дедов Морозов на утренниках и праздниках, подмигивает им заговорщицки как бы намекая, что знает про силу костюма. Дочкам об этом не говорит, ведь ей и самой приходится его надевать раз в год. Больше-то некому.