Category: еда

Category was added automatically. Read all entries about "еда".

Драсти!, или Верхний Великий Пост

Здравствуйте, дорогие читатели * моего нескромного бложига и теперь я вот здесь https://medium.com/@arthurdmitriev

http://fuckchecking.blogspot.nl/ (это запасной вариант, записи будут дублироваться, скорее всего.


Меня зовут Артурчик и я очень рад вас всех здесь видеть (и даже тебя, честное слово!). Много про себя рассказывать не буду. Мое имя с кельтского означает «Большой Медведь»**. Имею троих великолепных детенышей — Злату, Влада и Егора. Тружусь в поте пера журналистом. Все, пожалуй.


10606161_662423090538716_1857514502793388251_n



Здесь вы найдете кучу отличных фото ***, несколько хороших текстов **** и достаточное количество всякой чепухи *****.


Лучшие мои посты (которые нравится мне, а не вам, маленькие извращенцы) вы сможете найти по тегам «синим мелом», «фелляция как искусство», «филантропия в лучшем виде». Ну может еще и «секас».


Можете делать на страницах все, что вам заБЛОГОрассудиться. Но за личные оскорбления в адрес друг друга могу забанить к чертовой бабушке******. Велкам или, как говорят продвинутые пользователи – Рахим итегез!

Collapse )

promo arther_d january 29, 2015 06:51 50
Buy for 30 tokens
Между раззявленных колен мелькала угловатая головка с беспорядочно понатыканными пучками жестких волос, двигающихся не только по траектории качания черепа, но и по черепу. Как маленькие бездомные гусеницы. Принцесса изредка приподнимала голову, натыкалась на эту линялую щетку, видневшиеся за ней…

про год

Новый год кроме праздничного настроения, веселья, травм и всего остального радостного порождает еще вакханалию интернетовских споров по поводу какой оливье правильный.

Со свежим горошком или из банки
С колбасой, с мясом или с языком
Заправлять майонезом или сметаной
Соленый огурчик или свежий
Картошку кубиками или на терке
Солить до заправки или после

Получаются десятки вариаций. И странно, что нет теста на Фейсбуке - "Какой ты оливье", он бы показал больше о человеке, чем прохождение "Какой ты из видов оленей" или "Муж какой национальности будет у тебя в следующем году"

про пис

Они встают за тридцать минут до начала посадки в очередь. И стоят. В куртках и шубах, держат сумки. И потеют. И недовольно еще так оглядываются. Они же встают с кресел, как только самолет остановится на летном поле после посадки. Надевают куртки и шубы, и стоят, держат сумки. Некоторых усаживают обратно стюардессы, но есть и настоящие кремни. Они стоят минут десять, пока не подъедет трап, а иногда — и двадцать.

Есть мнение, что это безусловный рефлекс, выработанный несколькими поколениями советских очередей по любому поводу, от поликлиники до колбасы, но я в это не верю. Просто есть люди, которые обожают стоять и потеть. Стоять и потеть, понимая, что быстрее они все равно не улетят и быстрее не выйдут из самолета. Что им еще придется стоять и потеть в автобусе на летнем поле, ожидая, пока последним выйду, например, я. Кто-то любит маму, кто-то бегать по утрам, кто-то стейки с кровью, кто-то рисовать, кто-то бороться за права животных. А они любят стоять и потеть. И это их право. Остальные люди не должны их за это укорять, ведь они никому не мешают и не делают ничего противозаконного. Они только стоят и потеют.

Collapse )

про поддержку

Последние месяца два меня преследует контекстная реклама чебуречной. Ну типа там франшиза, от двухсот тысяч в месяц чистой прибыли и вообще — чебуречная — лучший бизнес на свете, если бы Стив Джобс не был тупым придурком, он бы открыл чебуречную, а не вот это вот все.

На фотках там девушки в обтягивающем, жующие чебуреки, или темнокожий дяденька в золоте и темно-синем костюме в окружении все тех же девчат с чебуреками.

Я несколько раз пытался свернуть котекст в другую сторону, просматривал по вечерам спортивные женские купальники или недвижимость в Утрехте. Ничего не поммагает, максимум на две прокрутки ленты. А потом опять вылезают чебуреки.

Я, конечно, не мнительный и вообще не поддаюсь внешнему внушению, на меня не действует гипноз, орифлейм, инкруизес и остальные наперсточники. Но в данном случае чебуреки мне уже снятся во всех снах, от кошмаров, где они показывают питерскую прописку, корочку самбистов сборной и правят Россией триста лет, до эротических, когда они, такие жаркие, пышные и сочные, приходят вечером попить чай и трахают несколько часов мозги, что мне пора открыть чебуречную.

Пока вижу несколько выходов из сложившейся ситуации:

1. Начать стучать во все инстанции на недобросовестную рекламу
2. Провести сеанс отворота от чебуреков
3. Заказать чебуреки киллерам.
4. Громко говорить при включенном телефоне, что я веган
5. Купить херову франшизу, заработать кучу денег, выкупить головное предприятие и обанкротить их нахер.

Collapse )

Про стресс

Итак, путь моей посылки из Великой Британии:

Принято в отделении связи
10 сентября 2019, 17:12 500680, Великобритания

Ожидает отправки из Великобритании
11 сентября 2019, 10:02 500680, Великобритания

На этом ее солнечный деньки закончились, то есть меньше суток она провела в этой прекрасной стране и еще один день шлялалсь где-то по Европе)

Прибыло на территорию России
12 сентября 2019, 22:20 102986, Москва

Прибыло в сортировочный центр
12 сентября 2019, 22:20 102980, Москва

Покинуло сортировочный центр
13 сентября 2019, 17:21 102980, Москва

Прибыло в сортировочный центр
14 сентября 2019, 02:28 102975, Марушкинское

Прошло регистрацию
14 сентября 2019, 20:23 102976, Марушкинское

Прием на таможню
14 сентября 2019, 20:27 102976, Марушкинское

Выпущено таможней
14 сентября 2019, 20:28 102976, Марушкинское

Прибыло в сортировочный центр
15 сентября 2019, 02:47 102975, Марушкинское

Передано в доставку по России
15 сентября 2019, 07:42 102976, Марушкинско

Покинуло сортировочный центр
15 сентября 2019, 07:42 102975, Марушкинское

Прибыло в сортировочный центр
15 сентября 2019, 10:56 102000, Москва

Покинуло сортировочный центр
16 сентября 2019, 03:02 102000, Москва

(Пять дней в Москве, маленький такой отпуск. Хорошо, что ее там не посадили за митинги)

Прибыло в сортировочный центр
18 сентября 2019, 01:05 450960, Уфа

Сортировка
18 сентября 2019, 05:33 450965, Уфа

Покинуло сортировочный центр
18 сентября 2019, 15:32 450960, Уфа

Прибыло в место вручения
18 сентября 2019, 17:43 450092, Уфа

Collapse )

Про внутренности

Зашел я в Магнит, колбаски сырокопченной прикупить, хорошая штука, валяется в холодильнике годами и только вкусней становится. Так вот, на четырех полках ни одного вида колбасы из мяса говядины, как любят у нас говорить. только из куры да в редком случае еще шкурка свиная для гурманов. Расстроился я сильно и решил как-то сгладить неприятное ощущение связкой бананов. Прошелся по местному рыночку. Нигде нет. Так как зрение у меня так себе, возраст все-таки, я "Улицы разбитых фонарей" первый сезон на видеокассетах покупал, то начал спрашивать бананы эти у продавцов. На что мне одна тетенька крикнула, чтобы я покупал дыни, а бананы нужно в сезон покупать. Я спросил у нее, когда, запамятовал, сезон бананов в Башкирии. А она рассердилась и начала огрызаться, мол чо, у тебя своего банана нет, иди погрызи. И тут я понял, почему мне ни колбаски, ни бананов не досталось, это меня дедушка Фрейд с небес уберег от фаллических символов. Чтобы я не грыз. Взял киви. Такие мягкие, немножко с пушком, сочные внутри.

Про вкус

Побывал вчера вечеринке еврейском баре:

Бармен отвечает вопросом на вопрос

Алкоголь только кошерный

На часах всегда 7:40

Да, Мадонна, Фэт Бой Слим, Рахманинов и все члены группы "Битлз" тоже евреи

Необрезанным подают теплое пиво

Многие пришли с мамой

Девчонок можно склеить, приглашая домой посмотреть кинокомедию "Полосатый пейс"

Диджей играл на скрипке

Впрочем, там все играли на скрипке, по очереди

Было весело, спасибо товарищ Эйгенсон, приезжай почаще

И да, не ешьте мацу, которую раздают бесплатно, она все равно потом окажется в чеке, причем в трехкратном объеме, бармен это комментирует тем, что вы же все равно еще зайдете и будете потом есть, она же вкусная

Зачем рыбам мозги

Несмотря на то, что бабушка моя относилась к рыбалке как к занятию, недостойному мужчины и советского человека в целом, поход деда на реку давал ей отдохнуть и от его шуточек, и прибраться в его логове на веранде, разбирая ворох газет, путанные комки лесок, клубок пледов и одеял, вытряхивая пепельницу в те периоды, когда он курил. 

И готовилась с хмурой улыбкой к его возвращению, точа ножи и моя сковородки, делая рассол с большим количество соли. Улыбка вызвана тем, что ей опять представится повод как следует его отчитать, что занимает ее работой, рыбу-то он сам не чистит, не жарит, не вялит, не развешивает в сарайке. А хмурая — потому что от всего этого не отвертеться, она бы лучше варенье нам наделала или посмотрела очередной выпуск «Ну, погоди!» вместе, старательно обведенный в программе и подчеркнутый ручкой, чтобы ни в коем случае не пропустить, повтор будет только в четверг, а до этого из мультиков только про двух собак, длинную и толстенькую, показываемых нам из дружественного соцлагеря. 


Collapse )

Сказка. Похороны чего-то

  

Сто лет не бывал на вокзалах, автомобиль и самолеты перевозят мое бренное тело куда удобнее, уютнее, быстрее. Импонирует их определенная свобода в выборе пути, у поездов же вся судьба — держаться двух металлических полосок, ни шага вправо, и ни шага влево, если они осмеливаются на это, то жди жертв среди тех, кем набито их брюхо.

Но туда, куда я еду сегодня, нет ни дорог, ни воздушных маршрутов, есть только маленький полустанок в пятистах километрах, на этом полустанке синий с желтым домик станционного смотрителя-обходчика, в котором я родился и вырос. Да, именно родился, врачи скорой так и не успели к родам, завязнув в грязи лесной просеки, удивленной странному железному механизму, самодвижущемуся. 

Последний житель этого домика покинул мир вчера, оборвав связующую нить перестука деформированных торможением колес на стыках рельсов и биения сердца. Чуть-чуть перепрыгнул через шестьдесят на три недели, не помню, поздравил ли я его с юбилеем, сейчас буду копаться в памяти и если не вспомню, то буду терзаться совестью.


В купе только один пассажир — я. Так непривычно, те поезда, которые я помню, всегда были густо нафаршированы гомоном, перегаром, халатиками, опухшими лицами, песнями, беспрестанным звоном стаканов о металл, запахом жаренных куриц, детским плачем, особенно громким на ночных остановках, как будто дети боялись именно вот этой внезапной тишины. Взял белье, чаю, достал наготовленных женой пирожков с луком и яйцом, книжку положил на соседнюю койку, не буду читать, не хочется, но вдруг кто-нибудь войдет, может симпатичная одинокая путешественница, пусть поймет, что ей придется провести эти несколько часов в обществе не совсем уж маргинала. А может даже и влюбится ненадолго, влажнея глазами и ртом.

Проснулся от стука в дверь и грубого, с трудом опознаваемого как женского, голоса, напоминающего, что через полчаса мне выходить и что через минуту начнется санитарная зона. Что я должен успеть за эту минуту? Умыться? Я даже глаза не открою и не спущу ноги на пол в удобные домашние тапочки, таскаю их всегда с собой, не могу без них представить себя.

В домике горели огни, мое утро пришлось на местный вечер. Две машины у ворот, так все-таки есть дороги, я сам себя обманул. Постоял во дворе, потерся о косяк входной двери, не вспомнил запахов и вошел без стука, неся сумку перед собой как некий буфер от того несчастья, что сейчас тут обитает. Старший брат, румяный и какой-то счастливый, вырвал сумку, второй подхватил на руки, закружил, стукнув ногой о тумбочку и громко захохотал — «Валерка, Валерка все-таки приехал, родной!» — смачно чмокнул меня в свежую лысину, проклюнувшуюся всего полгода назад, но с активной жизненной позицией. 

Отбившись грозно и шипя, вы, мол, что за праздник устраиваете, отец умер. Махнул рукой в сторону стоящего на табуретках гроба, только гроба не было в центре светлицы, а стоял стол, накрытый шампанским, водкой, бутербродами со шпротами, салатиками и двумя печеными кроликами, отец разводил на мясо и на мех. Сам он сидел во главе стола и осоловело щурился на меня через пыльный свет люстры чешского хрусталя, привезенной старшим из армии. 

«А как же…телеграмма» — оторопело спрашиваю я, — «Приезжай на похороны тчк». Старик мой встал, опершись на край стола — «Спасибо, что приехал, Валера. Когда ты был у меня в последний раз? Пятнадцать лет назад? Шестнадцать? Сам не вспомнишь ведь тоже? Я соскучился по вам, прости старого дуралея за дурацкую шутку». И заплакал.

Тут меня прорвало, прорвало неожиданно и бурно, с криком и размахиванием изнеженных, бледных рук — «Вы что, с ума тут все посходили? Я бросил важнейший проект, взял отпуск за свой счет, деньги, отложенные на зимние шины притащил, вдруг понадобятся, поругался с женой, которая тоже хотела приехать! Я переживал, нервничал, грустил, ворошил мозги и кусал ногти, сердце заболело у меня. А вы тут бухаете, праздник у них, что за праздник-то хоть?». «Юбилей у меня сынок, али тоже забыл? Шестьдесят лет». 

«Иди ты на хер со своим юбилеем» — вскричал я, поднял сумку и хлопнув дверью, пошел к станции. Сел на скамейку в конце перрона так, чтобы не видеть домика и его манящих желтых квадратов окон. Мотыльки и грузные шмели толкались в темноте вокруг незажжённых фонарей и ровной струйкой переваливались за палисадник, жужжа напоследок — «Во вссех сссказзках два брата умных, а младшшший — дурак!». «Верно! Верно!» — орал я им вслед беззвучно. Где-то совсем рядом запахло стыдом.


ЗОЖ и ПП

В бытность мою в Москве познакомились как-то на Ленинградском вокзале с одним культуристом из Питера, квадратным белобрысым парнем, ехавшим с соревнований в Польше. Мы сидели на парапете, курили и наблюдали за бесконечным людским потоком, совершающим хадж по площади трех вокзалов в надежде постичь бога логистики и добраться хоть куда-нибудь.

Он подошёл, поставил сумку на парапет и спросил, где купить варенного рису. Я так поперхнулся, что чуть курить не бросил на всю оставшуюся жизнь, но вовремя включил силу воли. Глеб с двенадцати лет, после того как увидел «Качая железо», ел только рис и куриную грудку, очень редко разбавляя овощами. Пил воду, ни чай, ни тем более кофе, не употреблял.

До его поезда оставалось около трех часов, и мы ему устроили мини-экскурсию по вокзальным хитростям, показали, где можно поесть вкусного риса во вьетнамской забегаловке, где душ, как попасть в комнату отдыха бесплатно и поспать, познакомили с Малой, местной мамкой, и даже нашли-таки именно куриную грудку, а не ножки, очень популярные среди гостей города.

Глеб взял у нас телефон и каждый раз, когда был проездом в Москве, звонил, мы скучновато, по-комсомольски, развлекались. Друзей нет, говорит, девушки тоже, качалка-дом-соревнования — вот и вся моя жизнь. Мы качали головой, цокали языками, заботливо ощупывали его лоб — не заболел ли с тоски.







На четвертый раз Малая нашла ему одну азиаточку и мы заперли их в душе Ленинградского вокзала. Глеб вышел разморенный, вспотевший, красный, жутко довольный. Подсунули ему хот-дог из той же вьетнамской столовки, острый, с говядиной рубленной и вкуснейшей красной капусткой. Слопал и не поморщился. Хотел потом поукорять себя, но решили пойти за еще одной порцией.


А ближе к зиме он впервые пропустил соревнования где-то в Турции, напился с нами джин-тоника. Ох, какой он был тяжелый, как каток, мы втроем его еле дотащили до гостиницы «Москва» и бросили там в лобби, рассказав, что это знаменитый спортсмен. Утром подобрали обратно, душ, завтрак – манная кашка и три стакана горячего чаю с лимоном, чтобы в чувство пришел. Отправили домой.

Не приезжал около полугода. За окном уже почки начали распускаться, когда он позвонил. Голос веселый, фоном женский смех. Приезжаю вечером, встречайте. Мы его не узнали — длинные волосы, дымчатые очки, в зубах сигарилла, модные тогда джинсы Труссарди в обтяжечку, темно-синие с большими металлическими клепками.

Глеб бросил спорт, устроился работать сначала барменом, а сейчас развивает небольшую конторку по печати рекламы, баннеров, открыток. Познакомился с прекрасной девушкой, фотографии показывал, бережно спрятанные у сердца в карман льняной рубашки. Повел нас в бар, мы пили финскую Лапинкульту, ржали и хлопали друг друга задорно по плечам. Еще через полгода он нас познакомил с тремя финнами, жаждущими приключений в дикой России, но это уже совсем другая история.

Очередная запись в блокнотик добрых дел, как вы понимаете.